Подводные препятствия, поставленные немцами, должны были помешать де-
сантным судам подойти к самому побережью и изрыгнуть прямо на берег пол-
чища солдат, танки и гусеничные транспортеры. Тогда наступающим пришлось
бы пустить в ход мелкие суда и машины-амфибии. И могучий поток превра-
тился бы в тоненькую струйку, с которой немцы могли довольно легко спра-
виться.
Следовательно, здесь-то, на этой узкой полоске, между отметками малой
и полной воды и должны были быть пущены в ход безоружные бойцы морских
подрывных отрядов. От их успеха зависел успех всех остальных родов
войск.
У боевых подрывников не было опыта уничтожения подводных заграждений
под огнем противника. Их можно было уподобить самолету совершенно новой
конструкции: он уже построен, но взлетит ли он - неизвестно.  Пожалуй,
никогда еще исход столь важных событий не зависел от столь непроверенно-
го “оружия”.
Боевым подрывникам было абсолютно неоткуда извлекать опыт. Разрабаты-
вать систему организации боевых подрывников, определять их функции при-
ходилось впервые.
В Форт-Пирсе (штат Флорида) была организована школа, состоявшая из
девяти человек. То был зародыш, из которого развились отряды флотских
подрывников, а потом и боевых пловцов. Возглавлял эту школу Дрейпер Ка-
уфманн. Как никто другой, этот человек был на своем месте. Не зная, ког-
да, где и как именно придется работать его ученикам, он вынужден был
импровизировать. Превосходный знаток подрывного дела, он обучал их безо-
пасным и наиболее эффективным методам использования взрывчатых веществ
для уничтожения различных объектов. Старый моряк, он показывал, как надо
управлять малыми судами или надувными плотами в светлое и ночное время,
в штиль и в бурной полосе прибоя.
Он применял самые жестокие способы закалки воли и мускулов своих по-
допечных. Это закрыло пути многим добровольцам, горевшим желанием стать
боевыми пловцами, но оказавшимся непригодными для дела. Суть таких спо-
собов заключалась в том, что до тех пор, пока разум говорит “да”, тело
не должно сказать “нет”. Благодаря такой подготовке многие десятки бое-
вых пловцов смогли выполнить почти невыполнимые задания и спасти бесс-
четное множество жизней, в том числе свои собственные.
Огнеупорные комбинезоны, которые надевали боевые подрывники поверх
походной формы, казались в ту пору разумной мерой предосторожности. Каж-
дый знал, какую ужасную картину будет представлять собой человек, охва-
ченный морем горящего бензина или нефти, вылившейся из торпедированного
танкера. Из уст в уста ходили слухи, будто однажды англичане помешали
высадиться немецкому морскому десанту благодаря тому, что вдоль побе-
режья с помощью быстроходных надводных кораблей была поставлена завеса
из горящего бензина. Говорили даже, будто в госпиталях видели уцелевших
немцев, “ужас как обгорелых”. История эта оказалась обыкновенной выдум-
кой, но ведь бывает, что выдумка предвосхищает действительность.
Превратить нормандское побережье в геенну огненную было проще просто-
го. Достаточно было поместить небольшие заряды с обыкновенными детонато-
рами в бочки, наполненные бензином и нефтью. Устроят ли такой фокус нем-
цы? Люди, готовившие операцию, полагали, что “да”.
Тогдашним пловцам-подрывникам было еще далеко до современных боевых
пловцов - людей, которые прыгают с самолетов, выходят из люков подводных
лодок и могут часами плыть под водой, не поднимаясь на поверхность.
Внешне подрывники больше всего походили на обыкновенных пехотинцев. Дол-
жен был пройти немалый срок, прежде чем они ушли под воду и поистине
стали земноводными.
Теперь, когда на каждом пляже шагу не ступишь, чтобы не наткнуться на
спортсменов в масках и с трубкой во рту, на обыкновенных ныряльщиков и
аквалангистов, нам трудно представить себе, что в ту пору в океане чаще
купались, чем плавали. Боевым пловцам пришлось пройти три фазы развития:
от сухопутной работы они перешли к использованию шлюпок; затем стали вы-
полнять свою работу вплавь и наконец ушли под воду.
При подготовке боевых пловцов в Форт-Пирсе были применены надувные
резиновые лодки. Когда подрывники прыгали в воду с резиновых лодок, они
привязывались спасательным концом, поскольку на них была надета походная
форма и тяжелые башмаки. Все, что требовалось от курсанта, - это проп-
лыть несколько сотен метров - ровно столько, чтобы продержаться некото-
рое время на плаву; после этого его втаскивали обратно на борт лодки.
Обученных людей небольшими группами отправляли в Англию, где их соби-
рали, перетасовывали, заставляли устанавливать и уничтожать подводные
препятствия, имитировавшие те, с какими им придется встретиться в боевых
условиях. Каждая такая операция укладывалась в определенный отрезок вре-
мени, ибо взаимодействие различных родов войск требует абсолютно точной
согласованности.
Прогнозы были оптимистическими, даже чересчур: дескать, огонь кора-
бельной артиллерии союзников и воздушная бомбардировка будут настолько
эффективными, что на вражеском берегу не останется ни одной живой души.
Словом, не высадка десанта, а веселая прогулка! Солдаты издевались над
такими прогнозами, они им не верили. И оказались правы.
Таща на себе больше 30 килограммов снаряжения, в основном взрывчатку,
озябшие, мокрые, несмотря на асбестовые комбинезоны и подбитые мехом
куртки, боевые подрывники, перелезая через борт корабля и спускаясь по
веревочной сетке в утлые моторные лодки, должно быть, не страшились
перспективы попасть из огня да в полымя. Там хоть можно согреться.  В
этой же ночной тьме, в нескольких милях от французского побережья, среди
огромных валов, катившихся под вой ветра, согреться было негде. Если бы,
скажем, ветераны-спасатели вышли в такую погодку в море на своих шлюп-
ках, они по праву заслуживали бы медалей. Погода никак не подходила для
того, чтобы высаживаться на берег в полном боевом снаряжении для штурма
гитлеровских бастионов.
Солдаты не знали, что верховное командование, в руках которого нахо-
дился громоздкий и сложный механизм армии, флота и авиации, попало впро-
сак с прогнозом погоды. Но отступать было поздно.  Операцию нужно было
продолжать, пока существовал еще фактор внезапности.
Согласно плану действий, на участках “Омаха” и “Юта” сначала должны
были высадиться танки и пехота, а за ними - боевые подрывники. Эти спе-
циальные танки были снабжены гребными винтами и держались на плаву с по-
мощью брезентовых поплавков, которые можно было сбросить, достигнув
твердого грунта. Испытания они прошли с удовлетворительным результатом,
но во время десантирования ветер и крупная волна сорвали поплавки. Часть
танков, как только их спустили на воду в трех милях от берега, сразу
пошла ко дну; другие уже добравшись до отмелей, застряли в галечных на-
носах.
Первый эшелон десантных судов, на которых находилась пехота и подрыв-
ники, в полумиле от берега попал под ураганный огонь. Многие суда были
потоплены. Те суда, которым удалось добраться до берега, подходили к от-
меченным участкам, и солдаты брели под ударами прибойных волн к берегу.
В отдельных случаях первыми высаживались боевые подрывники.
Условия, в которых им пришлось работать, были такими, что хуже неку-
да. Корабельная артиллерия и судовые ракетные установки не смогли пода-
вить огонь орудий береговых батарей. Пулеметные гнезда, казематированные
установки противотанковых и противодесантных орудий остались почти нет-
ронутыми. Массированные воздушные налеты, предпринятые с целью сломить
сопротивление обороняющихся, были произведены слишком далеко за берего-
вой линией; они парализовали резервы противника, но не причинили вреда
позициям врага у самого берега.
Сумятица, неизбежная в условиях неспокойного моря и сильного огня
противника, осложнилась одной непредвиденной деталью:  сильным боковым
течением. Оно сбивало с курса отряды пехоты и подрывников. Суда натыка-
лись на свои затонувшие корабли. Обстановка резко ухудшилась.
Потери в живой силе во время высадки первого эшелона достигли устра-
шающих размеров. В военных колледжах хладнокровно изучают статистические
сведения, на основании чего определяют, при каком проценте потерь войска
все-таки могут продолжать наступление. Судя по донесениям с участков
“Омаха” и “Юта”, принятое канонами соотношение убитых и раненых следова-
ло пересмотреть. Легко раненые тонули; те же, кому удавалось выползти на
берег, точно метлой вновь и вновь отбрасывались назад пулеметным и ру-
жейным огнем.
Высадка десанта началась на рассвете, при малой воде. Это дало воз-
можность первым малым судам подойти к отмелям. Препятствия, подлежавшие
уничтожению, находились между отметками малой и большой воды.  Их нужно
было успеть уничтожить до наступления прилива, во время которого отмель
затоплялась более чем на шесть метров. Иначе более крупные суда, на ко-
торых находились основные силы десанта, не смогли бы подойти к берегу и
потери среди солдат первого эшелона оказались бы напрасными. Вдоль побе-
режья немцами было поставлено от трех до пяти рядов опасных ловушек:
“бельгийские ворота” - массивные решетки из стальных балок, “ежи” из об-
ломков рельсов, прочные деревянные брусья, стальные и железобетонные на-
долбы и иные препятствия, над созданием которых противник долго и тща-
тельно трудился. Они были установлены с таким расчетом, чтобы пробить
днище корабля или повредить десантную баржу. Ко всему, почти к каждому
из них была прикреплена небольшая противопехотная мина Теллера, для того
чтобы затруднить подрывные работы.
Каждой группе морских подрывников, состоявшей из тринадцати человек,
придавался отряд в двадцать шесть саперов-армейцев. Каждый тащил на себе
двадцатикилограммовый пакет со взрывчаткой. Вдобавок нужно было нести
связки детонационного шнура. А “взорвиголовы” несли взрыватели замедлен-
ного действия и запалы. Запасы взрывчатки, буи и флажки для обвеховыва-
ния расчищенных проходов подвозились на надувных лодках.  Каждой группе
был выделен для расчистки участок шириной в 15 метров.  А тем временем
прилив уже начал лизать подножие наружных заграждений - “бельгийских во-
рот” высотой в 3 метра.
Гонка продолжалась. Потери росли. Пули снайперов настигали отдельных
бойцов, осколки снарядов и минометный огонь уничтожали целые отряды. Ко-
манда подразделениями переходила от убитых к раненым смельчакам.  Сапе-
ры-армейцы и флотские подрывники вскарабкивались на преграды и обезвре-
живали противопехотные мины, потом падали вниз - раненые или невредимые
- с тем, чтобы приладить заряд взрывчатки, который должен был уничтожить
препятствие. Другие тянули детонационные шнуры, соединяя их с зарядами.
Бойцы, как могли, старались помочь раненым, не дожидаясь, пока сюда до-
берутся под таким огнем санитары. Каждый готов был выполнить работу то-
варища. А потом двигаться дальше.
В этом аду кромешном личной храбрости было недостаточно. При благоп-
риятных условиях шансов остаться в живых у солдата пятьдесят из ста.
Шансов этих становится меньше, когда твой боевой дух снижается из-за
долгого ожидания, морской болезни, усталости, контузии, когда вокруг
стонут и кричат раненые товарищи, а ты ничем не можешь им помочь.
Но подготовка в Форт-Пирсе принесла-таки свои результаты.  Покуда у
бойца шевелились руки и ноги, он всегда мог заставить себя сделать еще
один шаг, чтобы закрепить еще один заряд взрывчатки, присоединить к де-
тонационному шнуру еще один конец. А потом повторить это снова.  И еще.
Не механически, в каком-то забытьи, а с умом, возвращаясь, чтобы испра-
вить повреждения, нанесенные огнем противника, экономно расходуя взрыв-
чатку, забирая запасы взрывчатки у тех, кто пал.  И все время обгоняя
поднимающуюся воду.
Немцы, по-видимому, не собирались ослаблять огонь. Сами они были ук-
рыты за бетоном казематов. Наступающие же оказались на открытой, ничем
не защищенной отмели. Огонь с кораблей, находившихся в двух милях от бе-
рега, был очень точен, и все же отдельные снаряды, не долетая до цели,
падали на эту отмель. Почему-то не было и связи между высадившимися
войсками и кораблями (такая связь наладилась лишь при высадке следующих
эшелонов), поэтому передовые отряды не могли “попросить огонька” для по-
давления вражеских огневых точек.
На одном участке танки, высадившиеся вслед за первым эшелоном,
обстреляли собственных солдат.  Пехотинцы цеплялись за детонационный
шнур, обрывали его. Часто они укрывались за теми препятствиям, которые
подлежали уничтожению. Взмыленным подрывникам приходилось прекращать ра-
боту, прогонять солдат да к тому же помогать им оттаскивать раненых на
безопасное расстояние.
И все-таки дело двигалось.
Одна команда подрывников, действовавшая на участке “Омаха”, 22 минуты
спустя после высадки очистила свой участок в 15 метров. Правда, из три-
надцати бойцов четверо было убито и столько же ранено. Но и после этого
задача их не была еще выполнена до конца: требовалось обозначить расчи-
щенные проходы. Необходимо было взорвать свои десантные суда, которые
были потоплены артиллерийским огнем противника, чтобы они не мешали под-
ходу других кораблей. Бойцы изнемогали от усталости и ран.  Вокруг рва-
лись мины и снаряды. Волны прибоя, кипевшие от взрывов, выбрасывали на
берег обломки, трупы, умирающих солдат. Но надо было закреплять взрыв-
чатку и продолжать работу.
Одни команды подрывников утонули в море или взлетели на воздух вместе
со своим опасным багажом, едва успев высадиться на отмель; другие были
уничтожены до единого в то время, когда прикрепляли заряды взрывчатки,
третьи не могли взорвать заряды, так как находились в гуще собственной
пехоты. Из шестнадцати необходимых для первого эшелона проходов на
участке “Омаха” было проделано лишь пять.
На участке “Юта” обстановка сложилась более благоприятно. И то лишь
благодаря допущенной ошибке! Если бы отряды первого эшелона высадились
на предусмотренный планом участок, они понесли бы такие же потери, как
на “Омахе”. Но тут и первый и второй эшелоны высадились в двух километ-
рах к юго-востоку от намеченного места. Здесь немцы вообще не ожидали
высадки, поэтому выставленные ими препятствия были не столь многочислен-
ны, как на участке “Омаха”. Не было там и противопехотных мин.  Да и
огонь был не такой плотный.
Благодаря чудесному капризу судьбы незапланированная в этом месте вы-
садка произошла в точном соответствии с планом. Хотя подкрепления, сос-
тоявшие из групп армейских саперов по двадцати человек в каждой, которые
должны были прийти на помощь командам флотских подрывников, запоздали,
последние принялись за дело под прикрытием танков и пехоты.  Торопясь
обогнать приливную волну, подрывники закрепляли заряды на участке протя-
жением в 50 метров и взрывали препятствия. Нередко они делали это, не
дожидаясь помощи саперов.
Согласно заданию, восемь команд должны были расчистить 400 метров от-
мели. Выполнив задание, они успели расчистить еще один участок протяжен-
ностью в 300 метров, прежде чем прилив выгнал их на сушу. Там они окопа-
лись, а когда вода спала, снова взялись за дело, расчистив еще больший,
чем утром, участок.
Фактические потери на участке “Юта” составили 30 процентов личного
состава, на участке “Омаха” - 60. Из-за того что раненым не была своев-
ременно оказана первая помощь (это объяснялось тяжелыми потерями, кото-
рые понес медицинский персонал), а также потому, что раненые тонули, ко-
личество погибших было чрезвычайно велико.
Так закончилось боевое крещение только что созданных отрядов флотских
подрывников. В этой роли они выступали в первый и последний раз. Задачи,
возникшие в ходе войны на Тихом океане, были другими и требовали разно-
образного решения. Там подрывники превратились в боевых пловцов, получив
наименование бойцов команд подводных подрывных работ.

Похожие записи:

• Американские пловцы-подрывники в Нормандии